От угрюмого настроения, нахлынув­шего на девушку после разговоров о замужестве с его светло­стью, не осталось и следа. К ней вдруг вернулось прежнее ве­селое расположение духа. Девушка робко присела в реверансе перед гостем и подала ему руку с самой очаровательной и про­казливой улыбкой, какую только можно представить. В самом деле, с нежностью глядя на племянницу, подумала мисс Мэри, дитя сегодня выглядит просто обворожительно!

За завтраком лорд Стейвли говорил довольно свободно и уделял внимание обеим леди. Сэр Уолтер был занят своими мыслями. После завтрака, когда все встали из-за стола, его светлость попросил у хозяина разрешения погулять по залито­му солнцем саду, и сэр Уолтер с готовностью согласился. Едва дождавшись, когда гость выйдет через застекленные двери, ве­дущие на веранду, он торопливо направился за дочерью, которая решила подняться к себе. Сэр Уолтер догнал Анабеллу и велел зайти к нему в библиотеку. Закрыв за ней дверь, он ска­зал безо всякого вступления:

– Анабелла, можешь перестать дуться. Я передумал и из­менил планы в отношении твоего будущего! Да-да, я больше не заставляю тебя выходить замуж за Стейвли!

Огромные голубые глаза мисс Анабеллы внимательно смот­рели отцу в лицо.

– Изменились планы в отношении моего будущего, па­па? – удивленно воскликнула она.

Сэр Уолтер осторожно огляделся по сторонам, словно боял­ся, что гость может прятаться в комнате, и сказал самым серь­езным тоном:

– Моя дорогая, создалась крайне щекотливая и трудная ситуация! Боюсь, бедняга Стейвли душевнобольной! Ты не по­веришь, но вчера ночью я наткнулся на него в саду. Он бродил и нес какую-то галиматью о сонетах, лунном свете и прочей ерунде!

Мисс Абингдон быстро опустила глаза и, запинаясь, прого­ворила:

– Правда, папа? Как… как странно!

– Никогда в жизни я не был сильнее потрясен! – горячо провозгласил сэр Уолтер. – Даже представить не мог, что Стейвли может заболеть. Да и не могу обвинить Луизу Тенбюри, будто она старалась скрыть от меня болезнь брата. Нет, она вела себя совершенно естественно!