— Гай, — спокойно сказала она, снимая с пальца обручальное кольцо, — у меня совершенно нет денег. Мой отец не оставил мне ровным счетом ничего, а Джеймсон-Холл должен быть продан, чтобы мы могли уплатить долги. И не только дом, но и все ценные вещи, которые в нем находятся. Как я уже сказала, у меня нет выбора, кроме… Короче говоря, мне придется жить вместе со своими тетей и дядей, пока мне не исполнится двадцать один год.

— Нет денег, — машинально повторил Гай и недоуменно захлопал глазами. — Но это невозможно!

У него был настолько растерянный вид, что Чонси захотелось вдруг улыбнуться. В этот момент он был похож на тетю Августу, которая тоже не могла поверить и опомниться от внезапного шока. Нельзя же столь откровенно демонстрировать свою беспомощность!

— Да, Гай, именно так. Все верно. Вот твое кольцо. Можешь считать себя свободным.

Странно, но она действительно почувствовала, что вместе с кольцом, на котором поблескивал крошечный изумруд, она сняла с плеч невыносимую тяжесть. «Я, наверное, сошла с ума, когда согласилась выйти замуж за этого человека, — подумала она. — Я никогда не стану прежней Чонси».

Он молча взял протянутое кольцо, все еще пребывая в смятении. Она прекрасно знала, что он не станет спорить с ней, доказывать, что по-прежнему испытывает к ней глубокие чувства, что любит только ее одну и никогда не расстанется с ней. Она видела, что Гай постепенно приходит в себя и мучительно соображает, что сказать, не уронив чувства собственного достоинства. Ему очень хотелось остаться джентльменом.

— Элизабет, это просто невероятно, — проговорил он, понуро опустив голову. Его охватила внезапно нахлынувшая ярость. Кто мог подумать, что судьба уготовила ему такой сюрприз! Черт бы побрал этого сэра Алека! — Ты же знаешь, как я отношусь к тебе, но…