Рамону нередко приходилось сталкиваться с таким выражением лица. Джеку тоже. И у Рамона не возникло сомнений насчет того, как Джек отреагирует на это.

— О господи, — простонал Рамон. Сунув кейс Джека под мышку, он подошел ближе.

Джек был высокого роста, а последние три месяца постоянной физической работы сделали его настоящим атлетом. Но и обидчик девушки был сложен, как настоящий чемпион по боксу, — с широкими плечами и бычьей шеей. Джек явно не годился ему в противники, однако он уже держал его крепким захватом.

Рамон хорошо представлял, на что способен разгневанный Джек.

— Достаточно, — сказал он, беря Джека за плечо.

Джек глянул на него сверху вниз, как будто не понимая, где он оказался. Слегка тряхнул головой. Потом перевел взгляд на мужчину, которого держал за горло.

— Кто вы такой?

Тот пробурчал что-то неразборчивое. Потом поднял руку, пытаясь освободиться из мертвой хватки Джека. Джек слегка ослабил руки.

— Кто вам позволил нападать на женщину?

Мужчина тяжело дышал. Он был вне себя от злости.

Девушка, прижатая к стене, медленно выпрямилась. Черный ужас исчез из ее глаз, но лицо ее по-прежнему было бледным и испуганным. Золотисто-каштановые волосы рассыпались по плечам. Она залепетала:

— Он не имеет права. Он вообще мне никто. — Ее голос был очень звонким и юным.

Мужчина обернулся к девушке, и его лицо исказила отвратительная гримаса.

— Неужели? А у меня есть документ, согласно которому я — твой опекун.

Она поморщилась. Но не возразила.

— Чудесно, — пробормотал Рамон сквозь зубы. Потом, стараясь говорить убедительно, сказал громче: — Видишь, Джек, люди не хотят, чтобы мы вмешивались в их личные отношения…

Джек даже глазом не моргнул. Он посмотрел на девушку: