Лесли пожала плечами:

– Тогда я была занята собой и в чужие дела не лезла.

– Если бы мы могли предугадать, чем все обернется, – задумчиво сказал Майкл. – Боже мой, Лесли, много у тебя еще припасено таких сюрпризов? В меня, оказывается, уже были влюблены! И кто? Джулия! Понимаешь ли ты, что все это может значить теперь? Черт побери, каким олухом я был! Каким самовлюбленным идиотом успел себя выставить перед ней! Теперь многие, очень многие вещи стали мне вдруг понятны.

– Перестань, Майкл, – возразила Лесли. – Чего еще можно было ожидать от тебя в твои двадцать лет? Ни один мужчина в эти годы не способен на глубокие чувства. И проницательность приходит к вам значительно позже, с годами и опытом. Думаю, Джулия прекрасно это понимает. Даже если тогда твое невнимание причиняло ей боль, сейчас она наверняка уже простила тебя и вспоминает о своих чувствах с теплотой, а не сожалением.

– Хотел бы надеяться на это.

– Не волнуйся. Если мужчина не наносит влюбленной женщине серьезного оскорбления вроде женитьбы на другой, то она сохраняет о своей любви только прекрасные воспоминания. Такова уж женская натура. Даже хорошо, что это полудетское увлечение Джулии осталось нереализованным. Подумай, что у вас могло бы получиться? Это же смешно! Ты – молодой не перебесившийся волк, еще без опыта, с не устоявшимися желаниями и представлениями о жизни, а она вообще ребенок. Зато сейчас вы оба в куда более подходящем возрасте. У вас есть опыт, есть с чем сравнивать…

Они проговорили еще около часа, и Майкл узнал много нового о характере и пристрастиях Джулии.

Глава четвертая

В Оксфорд и обратно

Майкл припарковал свой темно-синий «ягуар» у здания аэропорта и взглянул на часы. До прибытия рейса из Венеции еще четверть часа, если, конечно, самолет прилетит по расписанию.