- Да.

- И не вздумай проверять свои наглые штучки на норманне. Лорд Келлз теперь ничто и больше не сможет покрывать тебя. - Ричард смаковал каждое слово. - Если ты не спасешь сарацина, то Гейдж вначале попользуется тобой на славу, а потом бросит тебя на утеху своим солдатам. Он жестокий человек и варвар, хуже даже, чем этот самозванец Вильгельм, которому он служит.

Бринн едва удалось совладеть с собой от ужаса, но она постаралась не показать Ричарду, как испугало ее услышанное. Он так жаждал ощутить ее страх, но она не доставит ему такого удовольствия.

- Думаю, разница небольшая между нормандскими варварами и саксонскими дикарями. Вы все на одно лицо.

Он глухо выругался.

***

- Ты, тварь, скоро сполна почувствуешь разницу на своей шкуре!

До Гастингса было еще далеко, когда дыхание ночи донесло до Бринн сладковатое зловоние смердящих трупов и крови. Удушающий запах смерти бросал в холодный пот, комком стоял в горле и не давал ей вздохнуть. Такие муки были выше сил Бринн, и она судорожно забилась в истерике.

- Нет, нет!

- Что с тобой, черт побери?! - рыкнул Ричард, с трудом удерживая ее в седле.

- Смерть...

- Сарацин не должен умереть! - рявкнул Ричард.

- Нет, вы не понимаете. Когда так много мертвых... - Бринн судорожно хватала ртом воздух. - Я ничего не смогу сделать.

- Ты спасешь сарацина, слышишь?

Почему он упрямо твердит об одном человеке, когда вокруг тысячи погибших и умирающих от ран. Тело Бринн сотрясали рыдания.

- В чем дело? - К ним галопом подскакал капитан Лефонт. - Я не позволю причинить ей вред. Послушай, сакс, мне тоже, как и лорду Гейджу, не понравится, если она не справится со своим делом.