— Muchas gracias

— Я много читала о них, пока плыла на корабле с востока, но только учусь ездить верхом… Да, я очень люблю лошадей.

Казалось, ее слова удивили Рамона. Догадавшись, что аристократки ездят верхом с раннего детства, Кэрли покраснела и испугалась, как бы знатные друзья дяди не заметили ее промах.

— Похоже, почти все мы интересуемся лошадьми, — вставил Уильям Баннистер, протягивая победителю награду — кожаный мешочек с золотыми монетами. — Я по-прежнему хочу купить вашего жеребца. Готов заплатить вдвое больше любой разумной цены, названной вами.

Но Рамон только покачал головой:

— Рей — один из последних андалузцев моего отца. Его следует оставить на племя.

Кэрли читала об этой породе, завезенной в Новый Свет Кортесом.

— Мы могли бы поговорить о потомстве. Я был бы счастлив…

— Извините, сеньор Баняисгер, Рей дель Сол не продается.

Баннистер вздохнул, но Рамон уже перевел взгляд на Кэрли:

— Возможно, когда сеньорита Мак-Коннелл приобретет необходимые навыки, сеньор Остин заинтересуется отпрысками Рея. Прекрасная светло-пегая кобыла идеально подойдет для такой девушки.

Флетчер погладил подбородок.

— Что ж, вы правы, дон Рамон. Отпрыск вашего жеребца станет ценным приобретением для ранчо дель Роблес.

Как бы скрепляя обещание, испанец наклонился и поднял красную розу с длинным стеблем — одну из нескольких, брошенных ему калифорнийскими женщинами после победы.

— Это вам, сеньорита. В память о сегодняшнем дне… Хотя даже роза бледнеет рядом с такой красивой девушкой.

Кэрли, покраснев, приняла розу и уже хотела улыбнуться и поблагодарить испанца, но тут заметила, как нахмурился дядя. Господи, она снова позволила красивому испанцу очаровать ее? Дядя Флетчер придет в ярость, когда они вернутся домой.

Холодно улыбнувшись, девушка сухо ответила:

— Благодарю вас, сеньор де ла Герра. — Она вдохнула нежный аромат розы. — Вы чрезвычайно любезны. Уверена, что запомню этот день.