Спустя какое-то время она поразилась, увидев в низине, справа от них, реку, которая, как ей представлялось, должна была находиться слева от того места, где они стояли, но Эдвард, увидев ее удивление, пояснил, что река, огибая подошву холма, описывает гигантскую петлю около пяти миль длиной и менее мили в ширину в ее узкой части.

– В древности река была важной линией обороны, – продолжил он, – значение ее в том, что до вершины холма более или менее легко добраться с юго-запада, где сейчас стоит деревня. Это было одно из укреплений еще с доисторических времен, и части нынешнего дома – например, крыло, где комната для занятий, – относятся к четырнадцатому столетию, хотя Таррингтоны владеют поместьем только с 1570 года. Однако с тех пор оно неизменно переходит от отца к сыну.

– Не всегда, – заметил Стивен. – Я унаследовал его от дедушки.

– Да, это так, – согласился Эдвард, – И без сомнения, мисс Фрэйн впечатлило это отступление от правил. А вот впечатлили ли ее в равной степени ваши манеры – остается под сомнением.

Стивен вспыхнул и пробормотал извинение, а потом, позвав Рассета, умчался по тропинке. Эдвард одарил Памелу своей обаятельной улыбкой.

– Не присваиваю ли я себе ваши полномочия, сударыня, призывая его к порядку? Я сознаю, что в моем ведении находится лишь его обучение, но после кончины мисс Кэйтербай он в значительной степени находился под моим присмотром, и у меня, похоже, выработалась привычка поправлять его и во всем остальном.

Памела заметила, что его опасения совершенно напрасны, и, поскольку Мелисса остановилась нарвать поздних роз, воспользовалась возможностью, чтобы спросить – давно ли осиротели дети.

– Их отец скончался незадолго до рождения Стивена, а мать прожила всего несколько недель после родов. Даже Мелисса едва помнит кого-либо из родителей, – произнес Эдвард с расстановкой.

– Бедные дети! – сказала Памела и невольно бросила взгляд на проступающие неподалеку очертания широко раскинувшегося особняка.