— Да? Ну тогда возьми управляющего и не продавай фирму.

— Ты считаешь, я не думала об этом? Тебе легко сидеть здесь и указывать мне, что делать. Но не все такие безответственные, как ты. Дело в том, что я не могу никому платить за мою работу. Да и все обстоит таким образом, что если нам не повезет и мы не получим контракт, мне нечего будет продать. Фирма лопнет.

— А какой-нибудь шанс есть? — . спросил Джеймс. В его голосе не слышалось большой заинтересованности. Конечно, это же не его фирма.

— Вероятность есть, — сказала Мэндж. — Я послала свои предложения по реставрации усадьбы Грэнтон.

— Что? Не той ли гадкой компании, которая собирается уничтожить розовый сад?

Мэндж разозлилась: он еще и шутит. Ему хорошо издеваться!

— У меня небольшой выбор, дорогой. Сейчас мы выполняем кое-какие мелкие работы. Но потом мне будет нечем занять рабочих. Я в ужасе от того, что придется трогать Грэнтон, но это все-таки даст достаточный объем работ, и я хоть на время перестану беспокоиться из-за денег.

Теперь Джеймс слушал ее внимательно.

— Значит, ты собираешься навсегда застрять здесь, в Грэнтоне? Когда-то у тебя была возможность уехать, помнишь?

Мэндж вспомнила, как давно Джеймс говорил ей: «Давай уедем. В Лондон, в Америку, куда хочешь. Мир огромен, малышка. Мы вместе увидим многое». Она помолчала, стараясь отогнать тяжелые мысли.

— Я не думаю, что, отказавшись, совершила фатальную ошибку, — наконец сказала она.

— Ты так считаешь?

— Да.

И тут она вспомнила, как по ночам в одиночестве представляла, куда они с Джеймсом могли вместе поехать, если бы она не отвергла его предложение.

— Ну, если ты счастлива и так, тогда другое дело, — нарушил молчание Джеймс.

— Вполне счастлива, — поспешила заверить Мэндж.

— Серьезно?

— Да.

— Именно счастлива?

Мэндж процедила сквозь зубы: