Голос хриплый, тихий, с ощутимо похотливыми нотками принадлежал герцогу Аргайллу, новому королевскому комиссару, приехавшему из Лондона, чтобы поставить Шотландию на колени.

Куинсберри мысленно задался вопросом, сможет ли хозяйка этого дома противиться хищническим инстинктам графа Гринло?

— Я слышал, она влюблена, — злорадно заметил он вслух.

— И что? — бросил Аргайлл, глядя в упор на собеседника.

— Может, вам тоже захочется отточить свое искусство обольстителя? Графиню Килмарнок трудно назвать воплощенной невинностью — дважды вдова, окруженная толпой поклонников, она может оказаться грозным противником.

— Тем слаще будет награда! — отрезал Аргайлл, не отрывая пристального взгляда от плывущей по залу Роксаны Форрестер.

— Пусть вся злополучная семейка Килмарноков сгниет в аду!

Захлопнув за собой дверь спальни с такой силой, что на обтянутых шелком стенах задрожали картины, Роксана на ходу сорвала бриллиантовую диадему и яростно швырнула через всю комнату.

— И они еще имеют наглость…

— Могу я чем-то помочь? — дерзко осведомился мужской голос.

Развернувшись, Роксана всмотрелась в полумрак просторного помещения. Эти ленивые интонации ей знакомы… Роксану охватил внезапный страх.

— Господи милостивый, как ты здесь оказался?! — потрясенно воскликнула она, уставясь на молодого человека, развалившегося в ее позолоченном кресле.

От сознания того, какой страшной опасности подвергается Робби Карр, появившись в Эдинбурге, ее раздражение и гнев мигом испарились.

— Дом буквально кишит твоими врагами!

Словно в подтверждение ее слов снизу донеслись мелодичные звуки скрипки и хор гостей запел знакомую шотландскую балладу о Мьюирленде Уилли.

— Я пришел за тобой, подобно Мьюирланду Уилли, — объявил Робби, не двигаясь с места. Взгляд его темных глаз жадно скользил по затянутой в модное платье фигуре графини. — Знаешь, сколько времени мы не виделись?