— Не так уж долго. Ты сумасшедший, Робби, — пожала она плечами. — Тебя повесят, если найдут здесь! — Роксана закрыла окно и сдвинула зеленые бархатные шторы. — Тебе придется уйти.

— А я хотел составить тебе компанию сегодня вечером.

Робби грациозным, почти кошачьим движением поднялся на ноги.

— Нет! Даже не думай! — воскликнула Роксана, но тут же осеклась, взглянув на высокого, гибкого красавца с разметавшимися по плечам рыжеватыми локонами, цвет которых составлял разительный контраст с черным кожаным камзолом.

— Я не могу этого сделать, Робби, — прошептала она, отступая и словно стремясь оказаться от него как можно дальше.

Может, так он не услышит, как сильно бьется ее сердце? Робби ослепителен в этой черной коже, словно языческий воин! Он стал выше, шире в плечах, неужели вырос за месяц их разлуки?

— Не было минуты, чтобы я не думал о тебе. — Робби надвигался на Роксану, его не волновала опасность, которая так пугала ее. — Я считал часы…

— Нет, Робби! — охнула Роксана, отступая.

Доносившаяся снизу музыка напоминала о десятках гостей, веселившихся в бальном зале, — многие из них были врагами Робби.

— Не говори так. Не нужно делать вид, будто все хорошо, когда на самом деле это не так. — Она со страхом воззрилась на закрытые шторами окна, словно опасалась, что их увидят через плотную ткань. — Ты должен немедленно уйти!

Робби еле заметно покачал головой и подошел еще ближе.

— Прости, но я не уйду.

— Хотя бы один из нас должен быть благоразумным, — резко заметила Роксана. — Так или иначе, мне нужно спуститься вниз, иначе меня хватятся. Сегодня у меня званый вечер для политиков.