— Ошибаешься! — холодно отрезала Роксана. — Теперь подозреваются все подряд, с тех пор как раскрылись истории с подкупом и взятками так называемых патриотов лондонскими политиками. И если хочешь знать, весь прошлый месяц я спала одна.

Лицо Робби моментально озарилось теплой улыбкой.

— Одна? Ради меня? Какая честь!

— Не будь таким самоуверенным, — парировала Роксана. — С того дня, как ты отправился в Голландию, я всеми силами старалась вырвать детей из лап родственников. У меня совершенно не было времени приглашать мужчин в свою постель.

— Я только что прибыл в Эдинбург, и шпионы еще не успели прислать свои отчеты. — Снисходительный к ее гневу теперь, когда его ревность утихомирилась, он едва сдержал довольную улыбку. — Значит, твоим детям ничего не грозит.

— Надолго ли?

Исполненная решимости противиться опасному обольщению Робби, Роксана отошла. Он мог бы остановить ее, но лишь опустил руки и проводил ее взглядом.

— Когда я вернусь, чтобы тебя здесь не было, — спокойно сказала она сдержанным, властным тоном. — Я не могу с тобой видеться.

В ответ Робби едва заметно наклонил голову, но при этом почувствовал то, что чувствовала она, когда они целовались.

Словно прочитав его мысли, Роксана повернулась и сжала кулаки.

— Черт бы тебя побрал, Робби. Не всегда можно получить то, что пожелаешь!

— Но я вовсе не желаю всего, — пробормотал он. — Мне нужна только ты.

Подняв с ковра диадему, Роксана повертела ее в руках, расстроенная своими противоречивыми эмоциями, и посмотрела на Робби.

— Это не игра, — проговорила она. — Отныне я недоступна, по множеству причин, которых ты все равно не поймешь.

— Я все прекрасно понимаю. И обо всем позабочусь.