— Они не должны издеваться над девочкой. Ну, а почему они ее обожают, и так понятно. — Его лицо просветлело, и он улыбнулся Аманде.

Лиззи почувствовала, что Хэнк начинает нравиться ей все больше и больше, хотя и противилась этому. Большинство мужчин разговаривали с дочерью, забывая, что она малышка. Но Хэнк вел себя с Амандой совсем по-другому. Лиззи вдруг осознала, насколько сильно она им увлеклась.

— Аманда умеет быть твердой, — сказала она, стараясь не поддаваться его обаянию.

— А ее мать?

Их взгляды встретились, и Лиззи показалось, что она сейчас растает. Молодая женщина растерялась, не зная, что ответить. Хэнк взял ее за руку. Это подействовало умиротворяюще. Она могла просидеть так долго, глядя в его глаза.

— Мне нужна салфетка, — заявила Аманда.

Лиззи стоило больших усилий высвободить руку и оторвать взгляд от Хэнка.

— Сейчас принесу, дорогая, — произнесла она дрожащим голосом, поднимаясь со стула.

— Ничего, если я съем еще кусочек? — спросил Хэнк у Аманды.

Лиззи не расслышала ответа дочери. Она вдруг поймала себя на мысли, что рада присутствию Хэнка на ужине. Это было неправильно, несмотря на то, что она ощутила, когда он держал ее за руку. С ней уже происходило нечто подобное раньше, но, помня слезы Аманды, Лиззи не хотела повторять прошлые ошибки.

Она напомнила себе, что Хэнк всего лишь клиент. По всей вероятности, человек непостоянный, о чем свидетельствовала его анкета. Работа Лиззи состояла в том, чтобы исправлять некоторые недостатки людей, однако изменить характер человека она была не в силах.

Научить кого-либо правильно подбирать одежду и объяснить, что следует говорить в определенной ситуации, — это одно. Но превратить холостяка, который никогда долго не задерживался на одном месте, в примерного семьянина — совсем другое. Лиззи должна помнить об этом, несмотря на все его обаяние и шарм.