Берк присел на высокий стул, позвякивая тяжелым кольцом с ключами. Повязка шерифа на его руке выцвела от солнечных лучей.

– Слишком жарко сейчас вообще чем-то заниматься, – Берк благодарно улыбнулся Эйрлин, поставившей перед ним чай со льдом, и опорожнил стакан единым духом. – Родственница Мисс Эдит въехала в ее дом, – объяснил он, поставив стакан. – Это мисс Кэролайн Уэверли, известная музыкантша из Филадельфии. – Эйрлин снова наполнила стакан, и на этот раз Берк выпил охлажденный чай медленно, смакуя. – Она звонила, просила включить телефон и электричество.

– А надолго она приехала? – спросила Эйрлин, у которой всегда были ушки на макушке от неистребимого любопытства. Между прочим, она считала, что хозяйка «Болтай, но жуй» не только имеет право, но просто обязана все знать.

– Этого я не знаю. Мисс Эдит не очень-то много рассказывала о своей родне, но я слышал, что у нее есть родственница, которая разъезжает с оркестром по всему миру.

– Наверное, ей хорошо за это платят, – заметил Такер. – Я видел полчаса назад, как она поворачивала к дому. У нее новенький, с иголочки, «БМВ».

Берк подождал, пока Эйрлин не отойдет.

– Тэк, мне нужно переговорить с тобой насчет Дуэйна.

Такер немедленно напрягся, хотя выражение лица оставалось лениво-дружелюбным.

– А в чем дело?

– Вчера вечером он снова напился и устроил у Макгриди небольшой погром. Я засадил его на ночь в каталажку.

Теперь выражение лица Такера изменилось: глаза потемнели, губы сурово сжались.

– Ты его в чем-нибудь обвиняешь?

– Да ладно тебе, Тэк, – Берк обиженно нахмурился. – Он учинил дикий скандал и был слишком пьян, чтобы сесть за руль. Я решил, что ему надо где-нибудь проспаться. Вспомни: когда неделю назад я его, мертвецки пьяного, отвез домой, мисс Делла чуть не спятила.

– Пожалуй, ты прав. – Такер немного успокоился: все-таки Берк был настоящим другом. – А где сейчас Дуэйн?