Гревилл Фолконер вышел из дома на Кавендиш-сквер и торопливо направился в сторону Хорсгардс-Парад, где размещалось военное министерство. Полученный документ он надежно спрятал во внутренний карман сюртука. Ему не требовалось читать его, поскольку он отлично знал его содержание, однако если бы понадобилось воспроизвести карту, Гревиллу пришлось бы нелегко. Мастерство Фредерика Фарнема в искусстве картографии намного превосходило его собственное, а карта, из которой преимущественно и состоял документ, была слишком подробной, чтобы Гревилл сумел воспроизвести ее по памяти. Хотя Фредерик с этим справился бы.

Его снова пронзила боль утраты. Фредерик был его другом. Сначала учеником, который быстрее многих других усваивал мельчайшие тонкости шпионажа и при этом наслаждался интеллектуальным удовольствием действовать в скрытом мире манипуляций и обмана, бесстрашно соглашаясь принимать связанные с этим миром опасности.

А потом он стал коллегой, одним из тех, кому Гревилл мог доверить свою жизнь.

Он всегда будет скорбеть о смерти Фредерика, всегда будет гадать, не мог ли он спасти его, по-другому ударив саблей, выбрав другой переулок, когда они мчались к гавани по улицам Коруньи. Умом Гревилл понимал, что теперь это уже не имело никакого значения. А тогда… враг был на каждой улице, и на них напали из засады. Фредерик погиб быстро — один удар саблей в сердце. Юный флотский лейтенант подхватил документ, чтобы доставить его в гавань, а Гревилл отвлек на себя погоню. Двое напавших на Фредерика поплатились за это, а карта с бесценной информацией была благополучно отправлена.