Дима оцепенел. Такое же состояние паники он испытал, как на трассе ему в лоб летел автомобиль «ВАЗ-21015» в фирменной раскраске «Балтики». Но тогда оцепенение длилось секунду-другую, он все же очнулся, успел среагировать и почти избежать аварии. Сейчас было НАМНОГО страшнее. Наконец, как сомнамбула, Дима поставил коробку на нейтраль, поднял ручник, включил аварийку и вышел из машины. У капота мерседеса собралась небольшая толпа человек в шесть, все гомонили. Сзади немилосердно сигналили — уже зажегся зеленый. Дима автоматически выкинул средний палец — универсальный ответ на бибиканье сзади — и тут массовка переключила внимание на него. «Господи, ну совсем обнаглели!». «Вот же бесстыжий, ну совсем у человека совести нет!». «Это ж надо — беременную женщину на переходе сбить!». Димка снова впал в ступор. Пока он пытался собрать мозги в кучку, чтобы выдать хоть что-то осмысленнее: «Не виноватая я — он сам пришел!», виновница творящегося вокруг безобразия обрела, наконец, вертикальное положение, а вместе с ним и дар речи, и, прерывисто охая, раскрыла глаза окружающим на истинную картину происшествия. Внимание массовки снова переключилось на нее. «Да у тебя же воды отошли» — слова были сказаны пожилой седоволосой женщиной в спортивном костюме, которая придерживала ее с одной стороны. Одного быстрого взгляда оказалось достаточно, чтобы зафиксировать мокрое пятно у ног нарушительницы спокойствия. Дмитрия передернуло. «Да тебе в роддом надо», — похоже, седовласая дама приняла командование парадом на себя.

— Так, молодой человек, — она мгновенно выхватила глазами Тихомирова из кольца окружавших людей, — отвезете ее в роддом.

— Да она мне весь салон испачкает! — возмутился Димка. Способность соображать и говорить наконец-то вернулись к нему.

Седая матрона резанула по нему взглядом ярко-голубых глаз:

— А вам не кажется, что есть вещи и поважнее салона? — в это трудно поверить, но Тихомирову стало стыдно.