- Да, он такой же, как и ты. - В голосе отца прозвучали нотки нежности. - Смелый, преданный, готовый броситься на защиту, даже если ему придется сражаться с целым миром. Но он все же слишком мал. Нельзя забывать о том, что не всякий груз ему по плечу. И если ты не можешь решиться и сделать то, о чем я прошу, - ради меня самого, подумай о моем внуке. Подумай о Джошуа. Решись хотя бы ради него.

Боже мой? Что же делать? - с тоской подумала Кейт. В последнее время ни о чем другом, кроме этого, отец не может ни думать, ни говорить. Все ее усилия бесполезны. Вслух же она убежденно сказала:

- Нет. Я не позволю тебе уйти.

- Напрасно. - Он помолчал немного. - Пока я лежал здесь, у меня была масса свободного времени. И я частенько вспоминал тебя маленькой девочкой. Помнишь, как однажды осенью мы гуляли в роще Дженкинса и ты опечалилась, увидев, что с деревьев начали опадать листья. Надеюсь, ты помнишь и то, что я тогда сказал?

- Нет.

Роберт недоверчиво и даже с укоризной покачал головой:

- Кейт!

- Ты сказал, что каждый лист на самом деле никогда не погибает и не исчезает, - запинаясь, проговорила она. - Что они засыхают и падают на землю. Но они питают ее, дают силу дереву распустить весной новые листья. Это цепочка, в которой ничто не прерывается и не пропадает. Что все связано воедино.

- Звучит несколько высокопарно, но по сути так оно и есть. Это чистая правда.

- Вздор.

Роберт улыбнулся. И лицо его тотчас озарилось, даже как будто помолодело, напомнив ей того отца, каким он был в те времена, когда они гуляли в роще:

- А тогда ты мне поверила.

- В возрасте семи лет легче смиряться с судьбой. Сейчас совсем другое дело. И другая ситуация. Не сравнивай.

- Да, сейчас ты стала другой. - Он нежно погладил дочь по щеке. Сейчас тебе уже двадцать шесть. И тебя непросто переубедить. Ты у нас несгибаемая, как сталь.