– Я знал об этом еще до того, как просмотрел досье. Эти данные приводятся и в журнальной статье, где даются сведения об авторе, – ответил Ной. – А вот то, что она сохранила хорошие отношения со свекровью, которая помогает ей воспитывать сына, – об этом здесь ни слова не говорится.

– Но что добавляет эта строчка к ее данным? Ничего существенного.

– Нет, эта весьма существенная деталь, поскольку свидетельствует о том, что Кейт Денби старается свить уютное гнездышко для своей семьи.

Тони иронически заметил:

– Гнездышко, из которого ты собираешься ее выдернуть и спалить, чтобы она не смогла туда вернуться?

Насмешливая улыбка пробежала по лицу Ноя.

– Злостная клевета. Я весьма бережно отношусь к ней… ради себя. И вряд ли стану… «выдергивать» из гнезда, как ты выражаешься. Единственный способ, что я могу себе позволить, – его убеждение. Или, скажем так: настойчивое внушение.

– Посмотрим, – сухо отозвался Тони. – Мне-то известно, насколько ты нетерпелив.

Улыбка Ноя угасла:

– Ты прав, черт тебя побери.

– А ты рассказал ей о том проекте, над которым предлагаешь работать?

– Как я могу рисковать? Вот когда я заполучу ее… – Он нахмурился. – А время бежит, как песок…

– И даже быстрее. – Тони помолчал. – За мной шли по пятам почти до самого Лондона.

Ной выругался:

– Ты уверен?

– Более чем. Но ты ведь заранее предупредил меня и ждал чего-то в этом роде.

– Ждал. Но не так скоро. Мне бы хотелось, чтобы все работы уже были на стадии завершения. – В голосе его прозвучали тревожные нотки. – Проклятье, я еще не готов. Ты не выяснил, кто им платит?

Тони покачал головой:

– Послушай, я ведь юрист, а не гадалка.

– Вижу. Вчера мне звонил Реймонд Огден.

Тони слегка присвистнул:

– Вот это да! Владелец одной из самых громадных фармацевтических компаний…