Ной кивнул:

– И человек, не брезгующий самыми грязными методами в достижении своих целей.

– Откуда ты знаешь?

– Он пытался прибрать к рукам мою компанию шесть лет назад. – Ной криво усмехнулся. – Каких только выгод он не сулил акционерам, если они передадут нашу компанию под крыло другой, которая начнет выпуск нашей продукции.

– Но ни черта у него не вышло?

– Нет. Он передумал.

Тони не стал спрашивать, а к каким способам прибег Ной для того, чтобы Реймонд «передумал». Всем было известно, как он ревниво относился к независимости своей компании.

– Значит, теперь он не опасен?

– Наша компания слишком мала, чтобы пробуждать у него такой уж большой аппетит, но…

– Но? – уточнил Тони. – Сейчас все изменится?

– Да. И это означает, что тебе придется выйти из игры.

– Что?

– То, что ты слышал. Я не хочу впутывать тебя в эту историю.

– Не слишком ли ты его переоцениваешь? И к тому же, я еще не успел съездить в Вашингтон. Скорее всего Огден еще ни о чем толком не пронюхал. Просто пробует на зуб.

– Надеюсь.

Тони удивленно посмотрел на собеседника. Надежда – это слово не из лексикона Ноя Смита. Он предпочитал действовать смело и даже рискованно, но добиваться удачи. Как пират XX века. Неуверенность в его голосе и опасения – это что-то новенькое и необычное. Но и полученный им RU-2 – тоже необычен. Ной вел свои дерзкие исследования под большим секретом. Всегда был предельно осторожен, внимателен и никогда не терял бдительности.

– Похоже, ты и в самом деле очень обеспокоен. – Тони помолчал, прежде чем решился задать вопрос, который не позволял себе задать в последние десять месяцев. – А что из себя все-таки представляет этот RU-2?

Ной покачал головой:

– Тебе не стоит соваться в это.

– Я бы не стал расспрашивать только из любопытства. Мы с тобой дружим уже шестнадцать лет, а последние шесть лет я к тому же являюсь твоим адвокатом. Мне кажется, я заслужил твое доверие, Ной.