Как он отблагодарил своего дядю за то, что тот после смерти родителей воспитал его как собственного сына, поселив в Торнвуде? Вырос бездельником, игроком, бабником, пьяницей и охотником за приданым. А потом и вовсе опорочил свое сомнительное звание джентльмена, занявшись торговлей». Гилберт попросил Кристину помнить о том, что имя этого человека никогда больше не должно упоминаться в стенах Торнвуда.

Это была не просьба, а приказ, которому ей и в голову не пришло бы воспротивиться.

Но судьба вдруг сделала резкий поворот, превратив расточительного кузена в графа Уонстеда, коим он и являлся вот уже на протяжении семнадцати месяцев. Отец Гилберта не дожил до их с Кристиной свадьбы. А ее деверь утонул в Италии спустя два года после этого печального события. Гилберт скончался от внезапного сердечного приступа после девяти лет брака, произведя на свет двух дочерей и двоих мертворожденных сыновей.

И вот теперь новый граф Уонстед возвращался в родные пенаты. Чтобы торжествовать победу? Чтобы остаться? Чтобы нанести визит вежливости, прежде чем снова исчезнуть на долгие десять или более лет? Присланное письмо не давало ответа ни на один из этих вопросов. Им придется ждать его приезда — всем, кто от него теперь зависел. Кристина вновь глубоко вздохнула, пытаясь унять сердцебиение.

— Я надеюсь на перемены в Торнвуде, — с тоской произнесла Маргарет. — Надеюсь…

Однако ей не суждено было рассказать о своих надеждах, потому что леди Ханна подняла руку, и все трое обратились в слух. Маргарет подалась вперед, крепко вцепившись в подлокотники, а Кристина подняла голову, ее рука с иголкой замерла над рукоделием. Теперь все отчетливо услышали шорох колес и стук копыт по выложенной булыжником подъездной аллее. Потом раздались приглушенные голоса, среди которых выделялся один громкий, отдающий приказы.

— Нет! — резко бросила Кристина вскочившей с кресла Маргарет. — Прошу тебя, не выглядывай в окно, Мэг. Кто-нибудь может тебя увидеть. А это не слишком пристойно.