А Федор между тем с обожанием посмотрел на жену и признался Наташе:

- Скоро десять лет, как мы женаты, а я все ещё влюблен в нее, словно мальчишка... Ладно, раз врач сказал, что теперь здоровье Катюши вне опасности, я могу вернуться на работу. Дисциплина в нашем ведомстве сами знаете какая. Только на два часа в больницу и отпустили... Хорошо, Таня Поплавская сегодня дежурит, на неё лабораторию можно с чистым сердцем оставить.

Он поцеловал Катерину и заторопился к выходу.

- Эксперимент у них сегодня, - пояснила Катя. - Я уж гнала его - вижу, разрывается между мной и работой. Кстати ты пришла.

- А я, между прочим, все думала, отчего это с тобой случилось, уж не Федор ли всему виной?

- Что ты! Федя слишком аристократ, чтобы обидеть женщину. Он помешан на своем гипнотизме. Знаешь, я ему не сказала, в чем дело. Соврала, что расстроилась из-за соседки, которую арестовали. То есть я, наверное, черствая, но на самом деле меня её арест не слишком взволновал - мы не дружили. А взяли её за сущую глупость - привередливому покупателю она сказала: "Чтоб ты подавился этой колбасой!" Он оказался коммунистом, и ей присобачили антисоветсвую агитацию: пожелала смерти члену партии.

- Но тогда... не мальчишки ли набедокурили?

- Как можно! Севку от Жюля Верна не оторвать. Веришь, другие мальчишки читают, восхищаются, ну и все, а этот... Вчера показал мне чертеж дирижабля с мотором какой-то странной формы и стал доказывать, что у этих летательных аппаратов будущее...

Она замолчала и виновато улыбнулась.

- Увлеклась. Ты же знаешь, о своих детях я могу говорить часами. Ну а Пашка если где и пропадает, так известно наверняка - у Оленьки Романовой. Вот и все "огорчения", что могут доставить мне сыновья... Нет, Наташа, мое потрясение имеет совсем другие корни. И оно настолько велико, что я растерялась: как жить дальше? Иной раз гибель идеала обходится человеку дороже, чем гибель материальная...