- Катюша, ты говоришь загадками. Я впервые тебя не понимаю... Скажи хоть, ты оправилась от удара?

- Как сказал мудрец, и это пройдет! И хотя это ещё не прошло, но острота притупилась. Я чувствую себя лучше, а в душе будто выжженная пустыня... Приподними мне подушку, я попробую сесть. Всю спину отлежала.

- Кать, а тебе можно?

- Можно. И сама сядь. В ногах правды нет. Помнишь, ты говорила, что над страной будто черная туча нависла?.. Ну, в тот день, когда я сказала, какой пронзительной синевы над нами небо. Я ещё подивилась твоему сравнению, ведь сама ничего такого не чувствовала. Дурочка, я даже посмеялась над тобой.

- Ничего страшного, бывает.

- А я ведь считала себя недостойной чести жить в такой стране, как наша. В партию не хотела вступать, потому что ощущала свою вину перед ней. Вышла замуж за контрабандиста, разбойника, прожила с ним пять лет...

- Катюша, ты опять разволновалась.

- Подожди, дослушай. Ты предчувствовала, а, оказалось, мы давно уже живем под этой самой тучей. Вся наша страна - одна большая тюрьма!

- Тише, Катенька, тише, - Наташа успокаивающе погладила подругу по руке.

- Даже Алексей Максимович, даже он... Ты знаешь, кем он был для меня: величайшим писателем, сверхчеловеком!

- Ты говоришь о Горьком?

- О Горьком. Мой идеал. Борец. Буревестник!.. - Катерина с силой потерла лоб, будто стирая с него нечто грязное. - Вчера у нас из наркомата уволилась одна женщина. Тоже переводчица. Мы с ней были хорошими товарищами. Я думала, что знаю о ней все, а оказалось, что она со мной ничем сокровенным не делилась...