Вдова дрожала.

Они дрожали обе.

Разбойник наклонился, прислонившись плечом к дверному проему. Он улыбнулся медленно и лениво, с очарованием жулика. Как могла видеть Грейс, половина его лица была скрыта маской, она не знала его, но три вещи о нем были совершенно ясны:

Он был молод.

Он был силен.

И он был смертельно опасен.

- Мэм, - сказала Грейс, толкнув вдову локтем. - Я думаю, что мы должны сделать так, как он говорит.

- Мне нравятся разумные женщины, - сказал он и снова улыбнулся. На этот раз всего лишь слегка приподнялся уголок его рта. Но его пистолет оставался поднятым, и его очарование ничуть не помогло успокоить страх Грейс.

Затем он протянул ей руку. Он протянул свою руку. Так, словно они прибыли на прием. Так, словно он был джентльменом и собирался спросить о погоде.

- Могу я быть полезен? – пророкотал он.

Грейс в отчаянии покачала головой. Она не могла дотронуться до него. Она точно не знала почему, но сердцем чувствовала, что это будет чрезвычайное бедствие, если вложить свою руку в его.

- Что ж, - сказал он с небольшим вздохом. - Леди сегодня настолько самостоятельны. Это разбивает мне сердце, в самом деле. - Он наклонился, словно делясь секретом. - Никому не нравится чувствовать себя лишним.

Грейс уставилась на него.

- Все немеют от моей милости и очарования, - сказал он, отстраняясь, чтобы позволить им выйти. – И так каждый раз. Право же, мне нельзя находиться рядом с леди. Я Вас так раздражаю.

Он был безумен. Это было единственным объяснением. Грейс не заботило, были ли милы его манеры, он должно быть безумен. И у него имелось оружие.

- Хотя, - размышлял он, не выпуская пистолета из рук, и его голос, казалось, сотрясал воздух, - некоторые, конечно, скажут, что немая женщина является наименее раздражающей из всех.