– …или начну налегать на солененькие огурчики, – мрачно продолжила Клэр. – И как это могло со мной случиться?

Валери Мартин внимательно вгляделась в пациентку и подивилась про себя, потому что она очень хорошо знала Клэр Монтроуз. Они работали в одном и том же здании, хотя Клэр была адвокатом. За прошедшие несколько лет эта высокая, очень уверенная в себе и, по-видимому, очень умная девушка с тихим, спокойным голосом сумела развернуть купленное ею дело, находившееся на грани банкротства, и превратить его в одно из самых прибыльных и перспективных в городе. И все же, подумала Валери, было что-то очень наивное в том, как она приняла известие о своей беременности.

– Клэр… я не люблю выпытывать чужие секреты, но разве это не… Лаклан? – (Клэр густо покраснела.) В этой деревне невозможно держать что-нибудь в тайне, моя дорогая. А Лаклан Хьюитт… Многие поколения его семейства жили здесь; они были членами совета графства и самыми крупными землевладельцами в округе. К тому же, мне казалось, вы не особенно стремились сохранить все в секрете.

– Нет, не стремились, – уныло отозвалась Клэр. – То есть, с тех пор как он развелся, это не касалось больше никого, кроме нас с ним, но… мы не стремились и выставлять это напоказ.

– Уверена в этом. Но такие вещи всегда попадают в центр внимания. Ведь Лаклан не из тех мужчин, которых можно не заметить, да и вас нельзя назвать незаметной, моя дорогая. Так… значит, это не было вами запланировано?

– Нет, – решительно ответила Клэр.

– Обстоятельства нередко меняют суть дела. Думаю, мне нет нужды напоминать об этом адвокату, но… – тут доктор Мартин замялась, – существуют и другие… возможности. У вас есть право выбора.