– У меня сильные бёдра, а конь очень послушный. А теперь давай, Ники, дождь вот-вот начнётся. Залезай.

Пока он говорил, несколько крупных капель дождя упали на землю.

– Давай, Ники, – повторила женщина.

С явным недоверием ребёнок нерешительно протянул руку и ухватился за руку Гэйба.

– Хороший малыш. Теперь поставь левую ногу на мой сапог, и когда я скажу, прыгай и перебрось правую ногу позади меня. Ты в полной безопасности. Я не дам тебе упасть.

Мальчик послушался, закрывая глаза и слепо совершая решительный шаг. Через мгновение он уже сидел на спине Трояна позади Гэйба.

– Накинь мой плащ, чтобы не промокнуть, когда пойдет дождь. Можешь держать за мой пояс или обхвати за талию, как хочешь, – сказал ему Гэйб. Он почувствовал, что его плащ приподнимают, а затем талию судорожно обхватили маленькие ручки.

Гэйб тронул коня, и Троян двинулся вперед. Начался дождь. Женщина и мальчик вцепились в Гэйба изо всех сил.

Ледяные иглы дождя швыряло Гэйбу в лицо, и они стекали ему за шиворот. Он замёрз, и промок, и должен бы чувствовать себя хуже некуда.

Вместо этого он широко ухмылялся, внезапно воодушевившись. Ещё час назад его жизнь простиралась перед ним бесконечно бессмысленная и праздная. Пожизненный приговор покоем.

Теперь же, неожиданно – блаженно! – у него появилась проблема, трудность, беспокойство. И она сидела прямо и неподвижно в его руках, как небольшой мокрый кусочек дерева, с плотно зажмуренными глазами, сжимая его бедро так, словно никогда не собиралась отпускать; его собственная маленькая проблема.

Гэйба это полностью устраивало.

Калли закрыла глаза и вцепилась покрепче, стараясь вынести поездку. Если бы она подумала, что мужчина хоть каким-то образом угрожает её сыну, то бы боролась с ним, но она признавала, что он был добр к ней и к Ники. Кроме всего прочего, у неё не осталось сил бороться. Она не знала, куда он везёт её, но это всё равно не могло быть хуже, чем тащиться по тёмной вершине скалы под ледяным дождём, не имея ни малейшего представления о том, где находишься.