Дженкин посмотрел на нее сверху вниз, и ее сердце екнуло. Красивые черты его лица исказились, придав ему невероятно жестокий вид. Его золотые глаза были глазами хищника. Дженкин держал неудавшихся насильников на несколько дюймов от земли так, будто те ничего не весили. Затем постепенно его ярость начала ослабевать, лицо немного разгладилось, рычание, которое искажало его чувственный рот, стихло.

– Лучше оставь их где-нибудь на видном месте. И где у них хватит ума на то, чтобы открыть глаза.

– Это запросто.

Эфрика вздрогнула, увидев, как он столкнул их лбами и бросил обратно на землю. Бросив быстрый взгляд на нападавших, она убедилась, что придут в себя они нескоро. Она повернулась к Дженкину, чтобы спросить, откуда он взялся, когда тот зашатался.

– Что такое? – настойчиво спросила она, обвивая рукой его талию, чтобы помочь ему удержаться на ногах.

– Солнце еще не село, – слабым голосом ответил он.

Эфрике хватило секунды, чтобы оценить последствия его поступка. Она пробормотала проклятие и повела его к замку. Оказавшись под защитой его прочных стен, Дженкин почувствовал себя лучше настолько, что смог ответить на ее просьбу и показать, где находятся его комнаты. Когда они добрались до них, она уже почти полностью держала на себе его вес. Упав без сил на кровать, Дженкин шепотом попросил вина. Наполняя ему кружку, Эфрика по запаху напитка смогла понять, почему тот попросил пить. А кроме того, она со всей ясностью вспомнила, кто такие Макнахтоны.

Опустошив вторую кружку вина, Дженкин уснул. Эфрика стояла у его кровати и изучала его. Цвет его кожи улучшился, и, спящий, он снова был притягательным темным мужчиной, которого она знала все эти три года. Она вздохнула и тряхнула головой. Мужчина, который молниеносно появился, чтобы спасти ее, который разбросал ее насильников, как подушки, который был готов убить двух человек, оказался бессилен перед слабым светом заходящего солнца.