Кейт озадачила его своим определением предварительных ухаживаний. Джош боялся запутаться, хотя никогда не признался бы в этом. Он сам не отдавал себе в это отчета, но Кейт, наблюдавшая за ним, заметила все. И когда ей было рискнуть, как не в этот момент?

Они переместились из бара в зал Amuse Bouche. Джош заказал отбивную с молодым картофелем, в то время как Кейт ограничилась изысканными креветками на гриле. Она знала, что не съест и половины того, что было на ее тарелке, она вообще не чувствовала вкуса еды. Но ей нравилась нервозность Джоша и хотелось доказать себе, что она отличная актриса, поэтому она делала вид, что наслаждается ужином, хотя ее волнение было ничуть не меньше.

— Ну, и каковы твои впечатления? — спросила Кейт, взяв пальцами кусочек спаржи и обхватив губами ее кончик.

— Мои впечатления от чего? От еды? Обслуживания? — его глаза потемнели. — Или от способа, которым ты ешь?

Кейт негромко засмеялась, облизывая пальцы. Она поздравила себя с тем, что Джош не заметил ее беспокойства. Ее желудок был словно сжат тисками.

— Нет. Я хочу знать, что ты думаешь об отеле? Подходит он для наших родителей? Или они предпочтут более спокойное место?

Джош усмехнулся, бросая на стол салфетку.

— Зависит от того, станет ли кто-нибудь из них есть руками.

Кейт взяла креветку за хвостик и обмакнула ее в масло.

— Тебя это беспокоит?

Джош подождал, когда креветка исчезнет во рту Кейт, и лишь затем кивнул.

— Да, — произнес он внезапно охрипшим голосом. — Меня это очень беспокоит. Но, пожалуйста, продолжай. Не останавливайся.

Казалось, сердце забилось у нее в горле, и Кейт едва не поперхнулась. Когда она протянула руку за бокалом вина, рука Джоша легла на ее запястье. Несколько бесконечных мгновений они оба молчали и не двигались. Кейт чувствовала лихорадочное биение его пульса, и поняла, что теперь и он знает о ее волнении. Внезапно Джош вскочил, обогнул стол, и, подняв Кейт, сел на ее место, притянув ее себе на колени.