Он даже но оставил ей времени на протесты — не то, чтобы она собиралась это сделать — ни на что-нибудь другое, кроме как обнять его. И поцеловал ее.

Его язык, мягко лаская губы Кейт, убедил их открыться. Джош целовал ее и не мог насытиться. От страсти, с которой он пожирал ее губы, у нее остановилось дыхание, и она вцепилась в его плечи, мысленно порадовавшись, что их столик стоял в алькове за решеткой, поэтому никто не мог видеть их.

Она ждала этого так долго. Чувствовать тело Джоша, его мускулистые ноги под собой, давление его рук на затылок… Она хотела все то, что он мог предложить ей, поэтому ответила на его поцелуй с той же страстью.

Она запуталась пальцами в его волосах, наслаждаясь теми ощущениями, которые вызывали прикосновения его чуть шершавого подбородка к ее щеке. Джош был как натянутая струна, его тело вибрировало от возбуждения. Он скользнул рукой в вырез ее платья, и Кейт глухо застонала.

— Кейт, хочешь, чтобы я делал так? — спросил он, поглаживая пальцем ее сосок. — Или лучше вот так?

— Сделай то, что понравилось бы тебе, — прошептала она возле его губ.

— Понравилось бы смотреть или касаться тебя? — цепочкой коротких поцелуев он спустился к ложбинке у горла, и замер, ощущая губами биение ее сердца, продолжая рукой ласкать ее грудь.

— Ну, лучше трогать, — ей безумно нравилось то, что он делал с ее телом. — Не думаю, что ты хотел бы только смотреть.

— Напротив, у меня есть ощущение, что я мог бы многое увидеть, — возразил он, проводя губами по нежной коже. — И я не говорю о твоей одежде.

Кейт спросила себя, готова ли она к происходящему. Готова ли она, чтобы исполнились ее мечты. Достаточно ли ему того, что она может дать.

— Знаешь…

Кейт напряглась.