– Может быть, когда приедет молодой граф, – поделилась своими надеждами Шенда со старой Мартой, последней прислугой в их доме, – он поймет, что папе следует увеличить жалованье, ведь цены так выросли, что на прежнее содержание не проживешь.

– Так нешто он возвернется, пока война? – покачала головой Марта. – А до той поры уж мы все будем лежать в земле, и оплакать нас будет некому. Все этот «Бони» виноват, он один!

И правда, думала Шенда, во всех несчастьях в Эрроухеде виноват Бонапарт. Это из-за «Бони» двое мужчин вернулись в деревню калеками, один без ноги, другой без руки. Из-за «Бони» кладовка в доме викария стоит пустая, хоть шаром покати.

«Отца я попросить о помощи не могу, – думала Шенда теперь, не сбавляя шагу. – К кому же обратиться?»

Но тут, уже недалеко от опушки, она с удивлением увидела на тропе всадника. Незнакомый джентльмен ехал навстречу ей неспешным шагом, то появляясь, то пропадая между деревьями. Шенда подбежала к нему. Это был сравнительно молодой человек, темноволосый, высокая шляпа лихо заломлена, белый галстук повязан прихотливым узлом, уголки стоячего воротника касаются щек. Дольше разглядывать не было времени, слава Богу, что ей встретился мужчина.

– Помогите мне! – задохнувшись от спешки, с трудом выговорила Шенда.

Джентльмен окинул взглядом ее волосы, растрепавшиеся от быстрого бега и завившиеся колечками на лбу. Убедившись, что он ее услышал, она попросила уже более связно:

– Скорее! Пожалуйста, пойдемте со мной… Моя собака… попала… в капкан!

Джентльмен приподнял брови, удивленный ее взволнованным тоном, но она не стала ждать, пока он ответит, а только сказала: «Следуйте за мной!» – и побежала по мшистой тропе туда, где остался Руфус. Бедный песик лежал смирно и жалобно повизгивал. Шенда бросилась на землю рядом с ним, лишь краем глаза заметив, что джентльмен остановил лошадь, и спрыгнул с седла. Подойдя ближе, он сказал: