– А мне кажется, что «рашен пати» привлечет в первую очередь как раз нерусских.

– Тем более, – с неменьшим воодушевлением заявила Нэнси. – Подцепим себе каких-нибудь мальчиков из Оксфорда.

Грейс прыснула от смеха.

– Думаешь, и их там не будет? – растерялась Нэнси. – Или не хочешь изменять своему таинственному другу?

– Какому еще другу?

– Тому, с кем встречалась сегодня.

– Нэнси, перестань фантазировать.

– Ты покраснела.

– Я не краснею.

– А сейчас все-таки покраснела, – настаивала Нэнси. – Хочешь, принесу зеркальце, чтобы ты убедилась?

– Как-нибудь обойдусь.

– Так кто он?

– Кто – он?

– Твой приятель.

– У меня нет никакого приятеля. Тем более здесь. Я в первый раз в Лондоне.

– Знаешь, Грейс, если бы я была знакома с тобой один... ну максимум два дня, я бы, скорее всего, поверила. Хотя и усомнилась бы, что у такой привлекательной, да что там, красивой девушки нет бойфренда. Однако я знаю тебя почти всю жизнь... сознательную, во всяком случае, – добавила с кокетливой улыбкой Нэнси. – И в данный момент я могу со стопроцентной уверенностью заявить, как перед судом: ты меня обманываешь. Не спрашивай почему. Я не знаю. Разве я когда-нибудь тебя осуждала? Да, бывало мы не сходились во мнениях, спорили и даже ругались... но, Грейс, я ведь всегда была на твоей стороне.

– Знаю, – вздохнула смутившаяся, а оттого еще больше разрумянившаяся Грейс.

Глаза Нэнси лукаво блеснули.

– Кто он? – как можно беспечнее спросила она, напрочь забыв о недавней проникновенности.

Грейс тут же замкнулась.

– Никто, – коротко ответила она.

– Ну, раз у тебя нет в Лондоне приятеля... следовательно, ты никому не обязана хранить верность, – резонно заметила Нэнси. – Тогда мы отправляемся на «рашен пати» и веселимся на полную катушку. У тебя два часа на отдых и пятнадцать минут на сборы. Время пошло.