- Эллен Бауэрс, - доложила она. - Средний инициал отсутствует. Окончила нью-йоркский филиал академии в 1990 году.

- Я училась там в девяностом, - заметила Ева. - Выходит, она была на курс старше меня. Но я ее не помню.

- Без санкции я не могу получить сведения о ее пребывании в академии.

- Не беспокойся об этом. - Сердито нахмурившись, Ева отрезала кусок лежащего на ее тарелке картона, замаскированного под оладью. - Она служит в полиции уже одиннадцать лет и все еще подбирает жмуриков? Интересно, кого еще из начальства ей удалось разозлить?

- Последние два года служила в 162-м участке, до того провела пару лет в 47-м, а еще раньше была уличным регулировщиком. Господи, Даллас, где она только не побывала! И в Главном управлении, и в 28-м участке - там патрулируют парки, в основном пешком.

Поскольку даже озерцо сиропа, которое Ева вылила на оладью, не смогло ее смягчить, она бросила это занятие и переключилась на довольно скверный кофе.

- Похоже, наша приятельница никак не могла подобрать себе подходящее местечко, или же от нее старались избавиться в каждом участке.

- Для доступа к документам о переводе или продвижении по службе требуется специальное разрешение.

- Да знаю я! - Подумав, Ева покачала головой. - Неохота в этом копаться. И в любом случае мы, по-видимому, с ней уже разобрались.

- Она одинокая. - ни мужа, ни детей. Ей тридцать пять, родители живут в Куинсе, у нее два брата и одна сестра. Осталось только мое личное мнение. - Пибоди отложила компьютер. - Надеюсь, мы с ней никогда больше не столкнемся. А то у меня сложилось впечатление, что она не прочь тебя задеть.