Позумент нервно пожал плечами и окинул взглядом комнату. По его щекам все еще текли слезы, но взгляд стал настороженным.

- Как я тут очутился? Мне здесь не нравится. Кто-нибудь наверняка стащит мое барахло.

- Ты видел, кто напал на Снукса?

- Могу я забрать с собой эту одежду? - Склонив голову набок, Позумент начал ощупывать рукав блузы.

- Да, можешь. - Прищурившись, Ева наугад осведомилась: - Почему же ты не забрал ботинки Снукса, Позумент? Он все равно умер, а ботинки у него хорошие.

- Я не мог бы ничего украсть у Снукса, - с достоинством отозвался Позумент. - Даже у мертвого. У друзей не воруют. - Он наклонился вперед с озадаченным видом. - А как это в нем проделали такую большую дырку?

- Не знаю. - Ева также наклонилась к нему, словно ведя задушевную беседу. - Меня тоже это удивляет. Может, он кого-то обидел?

- Снукс никого не обижал. Мы просто занимались своим делом попрошайничали, если патрульных не было поблизости. Всегда ведь можно выпросить несколько кредиток. А Снукс еще и бумажными цветами приторговывал, так что нам хватало на курево и выпивку. И за что его так продырявили?

- Ума не приложу. А ты видел ночью тех, кто это сделал?

- Ничего я не видел. Эй! - Он снова улыбнулся Трухарту. - Может, дадите мне еще несколько кредиток? На суп?

Трухарт бросил взгляд на Еву. Она кивнула.

- Конечно, Позумент, перед тем, как ты уйдешь. Только сначала поговори немного с лейтенантом.

- Что ж, поговорить можно. А вам ведь тоже нравился старина Снукс, верно?

- Очень нравился, - серьезно сказал Трухарт. - Он рисовал славные картинки и подарил мне один из своих бумажных цветов.

- Снукс давал их только тем, кто ему нравился, - заметил Позумент. Вы ему нравились - он сам так говорил. А вот та, которая с вами ходит, не нравилась ни ему, ни мне. У нее злые глаза - такие, словно она вот-вот заедет тебе в челюсть. - Его голова дернулась, как у куклы. - И чего это вы с ней ходите?