Слабое утешение, но Мамуля была слишком расстроена, чтобы немедленно умчаться на железнодорожную станцию. С той минуты, как они с Папулей удалились наверх, а Пуся смылась в синюю даль со святым Франциском в зубах, меня обуревал соблазн броситься на грудь железному Руфусу и как следует выплакаться в его чугунную жилетку. Но мне требовалось дружеское участие, поэтому я предпочла подбитое ватой плечо Рокси Мэллой.

Фредди, который обожает зрелища, с удовольствием бы полюбовался на меня в тот момент, но он купал малышей на ночь. Подтерев за Пусей Атлантический океан, я побрела на кухню. Оказалось, миссис Корнишон уже отбыла и некому поитъ меня целебным вином из одуванчиков. Но лицезрение миссис Мэллой, задравшей ноги на каминную решетку и мусолившей книжку в цветастой обложке, способно согреть любое сердце.

Я не стала выговаривать Рокси, что она читает в рабочее время. Всем нам требуется отдых от трудов дневных. Здесь, в сердце дома, у очага, я облегчу свою усталую грудь от печалей и салфеточек, упорно лезших из лифчика.

– А, вот и вы, миссис X.! – Рокси подняла на меня наштукатуренные веки. – И куда вы подевали ваших гостей?

– Они наверху, у себя в комнате.

– Надеюсь, вы их надежно заперли?

– Не шутите так, прощу вас! – Я попыталась улыбнуться, но вместо улыбки вышла слезливая гримаса. – Мамуля даже не разрешила мне помочь поднять чемоданы. Сказала, что я и без того измучена.