Гай не без основания подозревал, что вскоре парню все это до смерти надоест и он с облегченным вздохом вернется к своим прежним приятелям и таким увлечениям, как ежедневные тренировки на ристалище, охота и упражнения в воинском деле. Впрочем, лорд де Жерве не собирался винить его, ибо понимал неспособность девушки проникнуться духом любовных игр. Когда детство обрывается так резко и вчерашний ребенок сегодня становится невестой, просто времени не хватит на то, чтобы понять, в чем истинный смысл романтических ухаживаний. Хотя романтика неуместна в супружеской жизни и годится скорее для тайных связей.

Размышляя таким образом, Гай поднял глаза и заметил в арочном проходе второго двора Гвендолен, что-то говорившую управителю. Ее болезненный вид и неестественная худоба разрывали ему сердце. Оба знали, что на ней лежит печать смерти, и Гай все чаще простаивал ночи напролет в церкви, моля Бога, чтобы дал сил перенести потерю.

Они поженились десять лет назад, когда ему было шестнадцать, а ей тринадцать. Как-то во время передышки между затянувшимися, изнурительными войнами Франции и Англии его послали в Англию, пажом ко двору герцога Ланкастерского. Джон Гонт полюбил мальчика и устроил его брак с невестой из могущественного саксонского дома Редерфордов. Этот союз упрочил положение младшего сына, хотя и сделал его вассалом английского лорда: обстоятельство, только укрепившее его преданность второй родине. Гвендолен принесла ему в приданое землю и огромные деньги, а вместе с богатством Гай обрел власть и титул графа. Мало того, личное покровительство Джона Гонта распространилось и на семью Редерфордов, а сам он приобрел вассала, которому доверял безгранично и поручал выполнение самых деликатных дел, не считая воинского служения ему и королю.

Брак оказался бездетным, но поскольку все детские комнаты в Хэмптоне были заняты многочисленными воспитанниками Гая, господину и госпоже скучать не приходилось. Следовало управлять поместьями, распоряжаться наследствами, следить за здоровьем малышей и устраивать браки. И во всем этом чувствовались влияние и помощь герцога Ланкастерского. Все родственники его вассала тоже должны были приносить пользу дому Ланкастеров, и в этих делах не последнюю роль играла женитьба племянника де Жерве на Магдалене Беллер.