В вонючей кабинке наступила тишина. Уэйд вглядывался в узкую щель, сквозь которую был виден угол женской раздевалки.

— Ух ты! Ничего себе!

— Отвали, — потребовал Томас, — я ее первый засек.

— Если тебя самого тут засекут, Андерсон тебе такую взбучку устроит, что ты о девчонках и думать забудешь.

— Ох, как страшно! — хорохорился Томас. — Что он мне сделает?

— Тебе, может, и ничего, у тебя папаша — священник, а мне мало не покажется. Если мы влипнем, мои предки с меня шкуру спустят за такие дела.

— Да что ты хвост поджал? Всего боишься. Ничего нам не будет.

— Ну-ну, — Уэйд не спускал глаз с двери.

— Нет, ты видел, какие сиськи?

Уэйд глубоко затянулся сигаретой:

— Мне лично задница больше приглянулась. Томас осклабился:

— Лакомый кусочек, ничего не скажешь. У меня от одного вида в штанах шевелится. Я-то думал, что у Кейт Колсон только и есть что башка на плечах.

— Вот именно, — Уэйд облизнул пересохшие губы, — ошибочка вышла. Хотел бы я ее потискать.

— Размечтался! Кейт Колсон в твою сторону и смотреть не станет.

— Тебе, можно подумать, что-нибудь обломится!

Правильные черты Томаса застыли:

— Спорим?

— Еще чего! — Уэйд выплюнул окурок на цементный пол и растер стоптанным башмаком. — Ясное дело, ты на все пойдешь, лишь бы выиграть.

Томас загородил щель спиной:

— Да, девка бесподобная.

— Чего заслоняешь? Дай-ка еще посмотреть.

— Тебе-то зачем? — Томас не скрывал издевки. — У тебя кишка тонка.

Уэйд никогда не гулял с девушками. Томас подозревал, что приятель просто стесняется своей внешности: уши у него торчали как лопухи, и скрыть их не могли даже длинные волосы.

Джексон заскрипел зубами:

— С чего ты взял?

— Тогда тебе придется подождать, пока я с ней побалуюсь, — процедил Томас.