— Эй, Рон! — раздался бодрый голос одного из партнеров отца по кеглям. — Я хочу дать тебе сегодня кольцо. Ты можешь уделить минутку мне и Регу? — И, извинившись перед Розой и Найджелом, он увел Рональда к противоположному концу стойки, где стая любителей кеглей погрузилась в горячую дискуссию.

Розу внезапно охватила паника. Так редко случалось, если случалось вообще когда-нибудь, чтобы она и Найджел оставались наедине, да еще в людном месте. Она почувствовала себя подавленной. Ведь люди подумают, что Найджел, такой неотразимый в голубой водолазке и замшевом пиджаке, явился в паб с такой образиной, как она, — до сих пор с опухшими глазами и угрюмо нахохлившейся.

— Как твой глаз, милая? — мягко спросил Найджел, внимательно глядя на нее.

— О, прекрасно, ничего особенного и не было. Филиппа все сделала.

Найджел откинулся на спинку стула и сделал большой глоток пива. Пинтовая кружка казалась маленькой в его огромной ручище, а нарядная одежда делала его еще более широкоплечим, чем обычно. Уже целую вечность ей мечталось нарисовать Найджела, однако она никак не могла собраться с духом и попросить его позировать. Когда он уделял ей внимание, она с жадностью откликалась, однако редко брала инициативу в свои руки.

— Отчего это Фил сказала, что хочет взять тебя с нами в Лондон? — поинтересовался он, впрочем, без особого интереса.

Видно, Филиппа заявила об этом, как о fait accompli

— Да, с ее стороны было весьма любезно пригласить меня. У меня до сих пор еще ни разу не было возможности побывать в городе с ночевкой. Это значит, что я смогу обойти все галереи — а, кроме того, выставку скульптуры в Голладском парке. — Это прозвучало вполне убедительно, подумалось Розе, удивлявшейся самой себе.