После ужина Филиппа потратила много времени, показывая Розе, как красить глаза и пользоваться румянами.

— У тебя великолепная кожа, и ее не нужно особенно штукатурить. Ты можешь видеть хоть немного без своих очков? Потому что сейчас не успеем заказать новые. Тебе придется включать радар, пока не вставишь контактные линзы.

— Я вижу почти так же и без них, — покаялась Роза.

— Вот и хорошо, — загадочно заметила Филиппа, — поскольку при таком беспорядке в квартире, когда повсюду валяются пакеты и прочее, они почти наверняка бесследно потеряются к среде.

Роза не могла себя узнать, когда Филиппа закончила работу. Глаза, искусно оттененные серо-коричневым, казались теперь огромными. Филиппа продемонстрировала эффект, наложив тени поначалу только на одно веко, чтобы показать разницу. Тонкие румяна подчеркнули хорошую форму скул, а помада теплого тона полноту губ. При убранных под колпак для душа волосах в лице и плечах появилось что-то от классической красоты. Филиппа не ведала пощады.

— Сейчас отправишься в ванную и все это смоешь, — распорядилась она. — Потом вернешься и проделаешь все сама, точно так же. Это трудней, чем может показаться.

На следующее утро Роза снова практиковала пальцы, наложив косметику к полному удовлетворению Филиппы, а затем девушки отправились на поиски обуви — башмаков на деревянной подошве к джинсам, удобных итальянских сандалий, нескольких пар плетеных шлепанцев на плоской подошве и пары туфель на скандально высоких каблуках, в которых Филиппа заставила ее ходить весь остаток дня, чтобы научиться сохранять равновесие. Роза долго отбивалась от этих туфель.

— Я и так достаточно высокая, — стонала она. — А в них я прямо-таки великанша.

— Это крутая вещица для всех низкорослых мужиков — отозвалась Филиппа невозмутимо. — Сражает наповал.