Флик подняла глаза, и он удержал ее взгляд.

— Что еще ты взяла?

Голубые глаза округлились.

— Пожалуй, больше ничего.

— Ладно. Мы вернем этих коней в конюшню, потом ты сядешь на своего и уедешь. Я отправлюсь в экипаже, заеду домой и уже верхом тебя догоню. Встретимся у разбитого молнией дуба на дороге в Лидгейт.

Флик кивнула.

— А теперь давай поспешим.

Она наклонилась вперед, легко перевела Флинна с шага на рысь, а потом в галоп.

Он стоял, глядя ей вслед, потом, чертыхнувшись, дал коню шенкеля и поскакал следом.

Он добрался до разбитого дуба раньше ее.

К тому времени когда она подъехала на старом коньке, Демон уже принял решение: чем бы ни закончился его разговор с Диллоном, Флик должна понять, что с этой минуты решения принимает он. Она попросила его о помощи и получит ее — но на его условиях.

Когда она подъехала к нему, ее взгляд устремился на его коня — серого гунтера с очень выразительной кличкой Иван Грозный. Это было гордое и величественное животное с гадким, смертельно опасным характером. При приближении конька Иван начал косить глазом и рыть копытом землю.

Конек был слишком стар, чтобы обращать на это внимание. Зато Флик удивленно подняла брови и критически осмотрела стати Ивана.

— Я точно знаю, что никогда его не видела!

Демон не ответил. Он терпеливо дожидался, пока она закончит разглядывать его коня и посмотрит наконец на него. Лишь тогда он улыбнулся:

— Я купил его в конце прошлого года.

Устремленные на него глаза Флик округлились. Она только и могла прошептать: «О!» — и отвела взгляд.

Дальше они поехали рядом. Конек спокойно трусил по дороге, в то время как в каждом шаге Ивана сквозило презрительное нетерпение.

— Что вы сказали Карразерсу? — спросила Флик, искоса глядя на него.

Когда они вернулись, Карразерс, подбоченившись, стоял в дверях конюшни. Из-за спины Флик Демон махнул ему рукой, требуя посторониться. Карразерс отошел, изумленно глядя на обоих. К этому времени в конюшне, кроме Карразерса, оставался только ночной конюх.