Протянув малышу горстку желудей, Элли выскользнула из дома. Молли толком ничего не знала, но, может быть, удастся разведать что-нибудь у Дульсии.

Элли быстро перешла через дорогу и нырнула в соседний двор, но в этот момент лакей поднял глаза и, заметив хрупкую фигурку, облаченную в желтое платье, тут же вскочил и побежал за девушкой, окликая ее на ходу.

Дульсия встретила Элли не очень приветливо:

– Где это ты ходила, дорогая моя? Между прочим, тобой уже начали интересоваться городские щеголи!

Элли протянула озябшие пальцы к огню и недоуменно пожала плечами.

– Там, у таверны, сидит молодой человек, который расспрашивал о тебе, – продолжила тем временем Дульсия. – Удивительно, что ты не заметила его, когда входила в дом. Он торчит там весь день. На вид он довольно приятный мужчина. Ты не знаешь, чего ему надо?

Элли, конечно, до смерти хотелось узнать, чем она вызвала столь живой интерес незнакомого юноши, но, как известно, чрезмерное любопытство – порок.

В этот момент у двери магазинчика Дульсии зазвонил колокольчик. Дульсия и Элли обменялись многозначительными взглядами. Пожав плечами, старуха медленно поковыляла в переднюю комнату.

Элли, затаив дыхание, слушала, как облаченный в дорогую ливрею слуга интересовался о местонахождении «молодой девушки в желтом платьице», которая перебегала улицу в направлении этого дома. Зная, что Элли все слышит, Дульсия задала встречный вопрос:

– Неужели в ваших местах перевелись молодые девицы, что вы начали таскаться за нашими?

Куигли, обрадованный таким поворотом событий, поспешил все объяснить: