– Может, она называла ее как-нибудь еще, кроме Элли? – спросил Джон, пытаясь не выказать охватившего его волнения.

– Вроде нет. Нэн обращалась к ней вроде бы «Эллен», но здесь все зовут ее просто Элли, дочка Нэн.

Эмма вздрогнула, услышав это, и повернулась к мужу.

– Эйлин? – возбужденно проговорила она. – Может, они звали ее Эйлин? Джон, нет, этого просто не может быть… ведь она мертва, как и ее мать!

При этих словах девушка нерешительно отступила назад. Широко раскрыв глаза, она стояла и смотрела на леди Эмму.

Заметив ее реакцию, баронет снова обратился к ней:

– Эйлин? Так тебя зовут?

Элли с трудом сдерживала рвущиеся наружу слезы. Она переводила взгляд увлажнившихся глаз с сэра Джона на его жену и обратно. Элли не знала этих людей, видела их впервые в жизни, но произнесенное ими имя вдруг заставило воскреснуть в памяти давно забытые картины из прошлого. Муж Нэн глумился над Элли, высмеивая ее имя при каждой возможности, но то, что сейчас девушка начала вспоминать, относилось к еще более раннему ее детству. И внезапно Элли стало страшно.

– Эмма, я не хочу вселять в тебя пустую надежду. Возможно, мы оба делаем слишком поспешные выводы. Я пошлю человека на поиски родителей девушки или тех, кто ими назывался. Но будь я проклят, если это не глаза Ричарда! Ирландский муж твоей сестры был чертовски красив. Он, конечно, мог нагулять это чадо на стороне, но тогда где ему удалось отыскать девицу, в точности похожую на твою сестру Бет?

Сэр Джон в задумчивости повернулся к Дульсии:

– Вы позволите девушке поехать с нами? Я понимаю, что вы привязались к ней, но, уверяю вас, мы делаем это для ее же пользы. Если пожелаете, можете тоже поехать с нами, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. Даю слово, что мы будем обращаться с ней, как с собственной дочерью.