Когда девушка подошла поближе, сэр Джон был буквально поражен ее сходством с сестрой жены. Он знал Эмму и Элизабет еще с детства, так как росли они в соседних имениях. Младшая сестра, Элизабет, была более своенравной, дикой и красивой по сравнению с Эммой. Джон хорошо ее помнил, и сейчас перед ним стояла точная ее копия. Но больше всего в стоявшей перед ним девушке поражали глаза.

– Подойди поближе, пожалуйста, – мягко обратился он к Элли. – Мы не обидим тебя. Не так давно мы потеряли дочь. Она умерла от оспы. А ты так похожа на нее…

Дульсия бросила на незнакомца недоброжелательный взгляд, и Джон умоляюще посмотрел на нее, указывая глазами на свою жену. Увидев, что леди как завороженная смотрит на Элли, Дульсия смягчилась.

– Как тебя зовут, дитя? – спросил Джон, с восхищением глядя на шаловливые искорки в серебристых глазах девушки. У Элизабет глаза были совсем другими. Такие серебристо-серые глаза были у ее мужа-ирландца.

– Она не говорит, сэр, – прошептал стоящий за его спиной Куигли. – А зовут ее Элли. Это все, что мне удалось узнать.

Элли. О Боже! Это просто невозможно! Джон почувствовал, как у него заныло сердце. Он слишком стар для таких треволнений. Но надежда затеплилась в его душе, гоня прочь сомнения и ненужные страхи.

– Вы ее мать? – коротко спросил он, обращаясь к Дульсии и заранее зная ответ.

– Нет, конечно, – фыркнула Дульсия. – Вам, видимо, нужна Нэн, но вот уже много недель, как от нее ничего не слышно. Она говорила, что девочка – дочь ее сестры. До вас ею никто не интересовался.

Элли подошла поближе к леди Саммервилл, и они молча и с любопытством стали рассматривать друг друга. Эмма подняла руку и заправила за ухо девушки непослушный локон. Как ни странно, Элли не сделала и попытки уклониться, хотя обычно никому не позволяла прикасаться к себе.