Мысли о женитьбе лишь изредка посещали его, но в качестве невесты никак не могла фигурировать леди Роз. Семейная жизнь казалась Джастину делом далекого будущего, и он никогда не обсуждал эту тему, если не считать душеспасительных бесед, которые время от времени проводили с ним старшие члены семьи, упрекая его в легкомыслии и рассуждая о необходимости остепениться и произвести на свет наследника обширных владений.
И вот теперь почти с ужасом маркиз вспомнил, как карминовые губки нежно прошептали:
— Ты женишься на мне, дорогой Джастин?
И, черт возьми, самое ужасное заключалось в том, что он не имел понятия о том, что было дальше.
Маркиз снова повернул голову, чтобы посмотреть на Роз, и понял, что все ее очарование пропало для него и что его сердце никогда больше не забьется учащенно при виде Роз Катерхем. «По крайней мере, — сказал себе Джастин, — оно не забьется от восхищения».
Больше того, Роз вызывала теперь у него отвращение. Такое уже случалось в его богатой любовными историями жизни, и Джастин прекрасно знал, какие неприятные последствия его ожидают: неизбежны сцены со слезами и обвинениями, которые он так ненавидит. Но ничто не заставит его измениться: нельзя дважды войти в одну реку.
«Леди Роз Катерхем меня больше не интересует».
Как будто кто-то посторонний сказал эти слова вслух, и они отпечатались в его мозгу одновременно как открытие истины и как призыв к действию. Ибо, имея дело с Роз Катерхем, промедление означало поражение.
Очень медленно и осторожно, используя каждую мышцу своего тренированного тела, маркиз, не делая лишних движений, буквально выскользнул из постели.
Подобрав свою одежду, как попало раскиданную накануне, он тихо крался к двери по мягкому ковру, как краснокожий разведчик у вражеского лагеря.
Он оглянулся на постель, чтобы проверить, не разбудило ли его бегство спящую женщину.