– Вот как?

Кэтрин кивнула.

– Она говорит, леди Эстер совсем рехнулась и…

– Меня не интересует, что Джейн говорит о моей дорогой бабушке, – резко перебила ее Тэйлор.

Кэтрин посмотрела через ее плечо и прошептала:

– Она наблюдает за нами.

Тэйлор даже не повернула головы. Боже, еще совсем чуть-чуть, подумала она, и я вырвусь из этого кошмара.

– Кэтрин, можете ли вы оказать мне одну очень большую услугу?

– Все, что угодно! – с жаром пообещала Кэтрин.

– Наденьте мои сапфиры.

– Простите?

Тэйлор сняла ожерелье. Потом вынула из ушей серьги.

Недоумение на лице Кэтрин было таким забавным, что Тэйлор не сдержала улыбки.

– Вы шутите, леди Тзйлор. Они наверняка стоят целое состояние. Джейн сойдет с ума, если увидит их на мне.

– Она расстроится, правда? – протянула Тэйлор и снова улыбнулась.

Кэтрин рассмеялась. Ее смех эхом прокатился по зале. Он был таким чистым, искренним и радостным. И Тэйлор вдруг почувствовала себя намного лучше.

Она помогла девушке надеть драгоценности и только потом заговорила вновь:

– Никогда не идите на поводу у богатства и никогда, ни при каких условиях, не допускайте, чтобы богатство стало для вас более значимым, чем уважение к себе и чувство собственного достоинства. А иначе неминуемо станете такой же, как Джейн. Ведь вы же этого не хотите, правда?

– Боже милостивый, ни за что на свете! – выпалила Кэтрин, в ужасе от одной этой мысли. – Обещаю, что не поставлю свою жизнь в зависимость от богатства. По крайней мере, постараюсь, чтобы не оно решало мою судьбу… О, я чувствую себя настоящей принцессой в этом ожерелье! Это нормально – так чувствовать себя?

– Ну конечно, – усмехнулась Тэйлор. – Я рада, что оно вам так нравится.