– Я попрошу отца спрятать ваши сапфиры в надежном месте, а утром сама их вам доставлю.

Тэйлор отрицательно покачала головой.

– Завтра они мне не понадобятся, – объяснила она. – Я дарю их вам. Мне вообще больше никогда не понадобятся такие драгоценности.

У Кэтрин подкосились ноги.

– Но… – начала она. Было видно, что она настолько потрясена, что не способна продолжать. – Но…

– Это мой подарок.

Кэтрин неожиданно разрыдалась. Щедрость Тэйлор явно поразила ее.

– Я вовсе не хотела, чтобы вы плакали, – проговорила Тэйлор. – Вы прекрасны, Кэтрин, в сапфирах и без них. Утрите слезы, а я пока подыщу вам партнера для танца.

На глаза ей попался молодой Милтон Томпсон. Тэйлор направилась к нему. Он бросился бегом к ней навстречу. Через минуту Кэтрин уже кружилась в танце.

Она сияла от счастья. Она хихикала и кокетничала и снова стала самой собой – прелестной пятнадцатилетней девочкой.

Тэйлор почувствовала удовлетворение. Впрочем, ненадолго. Так где же ее кавалер? Она решила, что обойдет залу кругом, держась, разумеется, подальше от своей кузины, и если вернется ни с чем, то просто-напросто уйдет. Она явилась элегантно-поздно, а уйдет элегантно-рано. Она и так слишком много улыбалась за сегодняшний вечер, и бабушка не узнает, что пробыла она здесь всего пятнадцать или двадцать минут. Да, Мадам одобрила бы ее действия.

Тэйлор, однако, не смогла уйти далеко, потому что дорогу ей преградили три ее приятельницы-доброжелательницы – Элисон, Дженнифер и Констанс. Все они учились когда-то в школе для благородных девиц вместе с Тэйлор и с тех пор были неразлучными подругами. Элисон была на год старше других и поэтому полагала, что она наиболее изысканная и утонченная.

Она и подвела всю процессию к Тэйлор.

Элисон была высокая, немного неуклюжая шатенка с карими глазами.

– Тэйлор, дорогуша, ты сегодня прекрасно выглядишь, – объявила она. – Я, безусловно, просто меркну рядом с тобой.