Барон выразил сожаление, что на долю такой молодой и привлекательной девушки выпало найти труп задушенной миссис Нидл. Опросив слуг, Линдли вынужден был вернуться в гостиную к мадам де ла Валетт, потому что, кроме нее, никто не мог принять его. Барон сокрушался, что герцога не было в замке. В обществе молодой женщины он чувствовал себя неловко, его правая нога болела. Он хотел было попросить служанку принести теплое полотенце, чтобы завернуть в него ногу, но, увидев опечаленное лицо мадам де ла Валетт, не решился. К его удивлению, мадам была так сильно огорчена, что, похоже, не видела и не слышала его. Линдли откашлялся, стоя у двери Эванжелина этого не заметила. Он откашлялся еще пару раз, и лишь тогда она подняла на него глаза.

- Я пришел к выводу, - заявил он, - что пожилая дама была задушена человеком, которому она дала какой-то отвар. Отвар не помог, а может, даже навредил ему или его любимой. Я решил, что ее убили из мести. Этот человек был в ярости и задушил миссис Нидл.

- Месть... - эхом отозвалась Эванжелина.

- Да, месть, - кивнул барон Линдли. - У нее не было ничего ценного, к тому же в комнате нет беспорядка. Там сильно пахнет розами - полагаю, убийца умышленно развел сильный огонь под розовым отваром. Не исключено, что это был любимый запах женщины, пострадавшей от снадобья миссис Нидл. Возможно, это даже любовный напиток. Да, именно так. Парень так сильно переживал, что решил убить знахарку. Сомневаюсь, что нам удастся разыскать убийцу. Впрочем, я прикажу опросить всех, кому миссис Нидл давала свои снадобья. А теперь, продолжал барон, - я должен ехать домой. Нога разболелась, знаете ли. Мне надо приподнять ее и выпить бренди. Всего доброго, мадам.

Эванжелина знала, что никого не найдут. И она сильно сомневалась, что кого-то станут опрашивать. Впрочем, в любом случае это будет лишь пустой тратой времени. Когда барон вышел из комнаты, девушка заставила себя встать. Бэссик пошел проводить мирового судью. Итак, смерть бедной миссис Нидл останется загадкой, и очень быстро все забудут о ней.