— Ну, конечно, забыл.

— Как это похоже на тебя,— сказала она сердито.— Я полагаю, ты и не подумал, чтобы велеть Греторексу выдать денег на ведение хозяйства.

— Да. Я был очень занят.

— Занят! — насмешливо повторила она.— Чем мог ты быть там занят? Ведь ничего не смыслишь в делах.

— К сожалению. Да и дела идут не особенно хорошо.

Она позвонила.

— Выпьем коктейль, прежде чем переодеться. Боюсь, мы должны будем обедать в ресторане. Франсуа только что приехал и очень недоволен кухней. Он отказался готовить сегодня вечером. Я заказала по телефону столик у Ритца.

— Как хочешь, но если Франсуа здесь не нравится, пусть едет обратно во Францию. Кухня на Керзон-стрит навряд ли отвечает его требованиям.

— Не говори глупостей. Если отошлем Франсуа, нам придется совершенно отказаться от приемов. Он самая крупная приманка. Сегодня утром я встретила в парке герцогиню. Она сказала, что, если тотчас же по приезде Франсуа не приглашу ее к обеду, она со мной поссорится. Все эти люди очень любят его, Гарвей.

— Вероятно, им в ближайшем времени представится случай переманить его к себе.

— Никогда. Если нам придется экономить, мы сэкономим на чем-нибудь другом.

Мильдред отдала приказание явившейся на звонок горничной и, зевая, остановилась перед зеркалом. Она заметила тени у себя под глазами и с недовольным видом осматривала свое лицо.

— Как глупо было возвращаться так рано в Лондон! Не знаю, вина ли это освещения или зеркала, но здесь обычно выглядишь так же скверно, как чувствуешь себя. Завтра мне необходимо сходить к мадам Арлен. Я надеюсь, Гарвей, ты больше не ступишь ногой в этот отвратительный торговый дом. Он портит тебе настроение.

Он встал, слегка пожав плечами. Время для откровенного разговора еще не наступило. Анетта принесла коктейли. Гарвей взял печенье и только теперь почувствовал голод.