— Я же говорю, я их совершенно не знаю. Лично, во всяком случае.

— Тогда почему они разыскивают вас как пропавшую без вести?

Рейчел утешила себя тем, что сейчас у нее наконец появилась возможность сказать правду.

— Честное слово, не знаю.

Он задумчиво посмотрел на нее.

— Я навел о вас справки после того, как приходил к вам домой. Правда, ничего интересного не выяснил.

— Вы меня проверяли?

Рейчел не могла решить, что было более досадно — его недоверие и устроенная им проверка — хотя она действительно не сказала ни слова правды и не была достойна доверия, — или то, что в ее жизни не нашли «ничего интересного». Сейчас она не отказалась бы от некоторой доли таинственности в своем прошлом, даже от какого-то небольшого пятнышка на ее репутации.

Вдруг Рейчел вспомнила, что проверял-то он биографию Сабрины. Ну конечно! Сабрина-то никогда не выкидывала никаких фокусов. По крайней мере до недавнего времени. До тех пор, пока не связалась с наследником одной из самых богатых, преуспевающих и влиятельных семей штата Оклахома.

— Не сочтите за оскорбление, мисс Дженсен. Такая проверка — совершенно обычная стандартная процедура. Я просто хотел выяснить, не разыскивают ли вас по каким-то другим причинам, помимо исчезновения без вести.

Рейчел вскинула глаза.

— Ну, знаете… я никогда в жизни не нарушала закон. — Ну, наговорила вранья офицеру полиции, добавила она про себя, но нарушать закон? Нет, никогда. Если, конечно, намеренно вводить в заблуждение полицию не означает нарушать закона…

— Я и не утверждал обратного.

Она вскочила.

— В таком случае я могу идти?

Шериф покачал головой и молча указал на кресло. Рейчел вздохнула, села и снова потянулась за пирожным, не потому, что у нее вдруг проснулся аппетит, а скорее для того, чтобы чем-то занять руки.

— Если вы утверждаете, что не знакомы с семьей Вентворф, то почему они вас разыскивают? Можете рассказать мне все начистоту, мисс Дженсен. Обещаю, что ни одно слово не пойдет дальше моих ушей.