Грейс от корки до корки прочла газету, также лежавшую на кофейном столике, и несколько раз повторила свою вдохновенную речь. Где же Кен Эдвардс? Она устало зевнула и, встав, потрясенно охнула, почувствовав, что ее повело.
Боже, до чего кружится голова! Грейс с подозрением посмотрела на графин. Не означал ли незнакомый ей привкус присутствие в напитке алкоголя? Но Фил знает, что она не пьет…
Грейс растерянно оглянулась в поисках ванной. Кен Эдвардс скоро придет, и она должна встретить его во всеоружии, бодрой и деловитой. Первое впечатление — особенно в подобной ситуации — очень важно!
Вход в ванную, видимо, был из спальни, дверь которой была приоткрыта. Неверными шагами Грейс направилась туда. Да что же такое она выпила?
В огромной белой ванной Грейс помыла руки, ополоснула лицо, помассировала с холодной водой пульсирующие виски и рассеянно взглянула на отражение своего пылающего лица в зеркале над раковиной, прежде чем выйти.
В спальне она остановилась и с вожделением посмотрела на огромную манящую кровать. До чего же она устала! Ну сколько еще ждать этого типа?!
Ее начала одолевать зевота, веки отяжелели. Ей просто необходимо прилечь. Всего на минутку! Только до тех пор, пока не пройдет головокружение.
Но сначала…
С методичностью не совсем трезвого человека Грейс медленно сняла с себя одежду и, аккуратно сложив ее на стул, упала на сулившую неземное блаженство постель.
Открыв дверь своего номера, Кен Эдвардс мрачно взглянул на часы. Половина одиннадцатого, а он только что закончил инспекцию одной из четырех фабрик, которые приобрел. Плюс ко всему большую часть дня ему пришлось провести в жестких спорах с теперь уже бывшим владельцем другой — вернее, невероятно тупым зятем бывшего владельца, — сначала нагло потребовавшим изменить условия сделки, а потом пытавшимся подкупить Кена.