– Я принесу лосьон и солнцезащитный крем. И снимите пиджак. Можете повесить его в шкаф.

Хейли сбросила сумку и спальный мешок и проскользнула в небольшой холл.

Джон опустил на пол портфель и спальный мешок и двинулся по коридору, расстегивая на ходу рюкзак. Он едва протискивался в узком коридоре. Не прошло и трех секунд, как он запутался в ремнях рюкзака и оказался в ловушке.

– Я, кажется, не могу пошевелить руками.

Он стоял перед дверью и ждал, когда Хейли оторвется от ящика комода, в котором она что-то искала. Это была ванная, и здесь были собраны всевозможные удобства, предоставляемые современной цивилизацией, включая застекленную душевую кабину, в которой вполне могло бы разместиться десять человек. У профессора разыгралось воображение.

Голос Хейли нарушил все очарование этой восхитительной картины:

– Если бы на вас не было пиджака, этого бы не случилось.

Если бы на ней не было парусиновой безрукавки поверх очередной короткой майки, могло бы случиться нечто худшее. Джон был в ужасе. Ведь он едва знал эту женщину, но она странно на него действовала. Это было похоже на животный магнетизм.

Джон Джейкобсон не относился к числу мужчин, которые не в силах совладать со своими безудержными желаниями. И уж тем более он никогда не коллекционировал женщин. Может быть, это тропическая лихорадка?

– Не двигайтесь, и я вас освобожу.

Когда ее руки скользнули под пиджак и коснулись груди, Джон попытался не показать, что его сердце замерло. Это все ее пьянящий запах и шелковистые волосы, касающиеся его подбородка. Несколько секунд подобной близости заставили его вспомнить о прохладном ветерке, который так легко обдувал его, когда он вошел сюда.