Поэтому, слушая все рассказы о ней, они лишь улыбались, ибо, если верить последним слухам, она уже несколько лет увлекалась тем, что занималась исследовательской работой в джунглях. Ну, чем она может нарушить устоявшиеся порядки? Все они были уверены, что она и вернулась то лишь из-за того, что являлась единственной уцелевшей в этой истории представительницей своего рода. Уверены, что она передаст управление правой руке своего отца — Густаво Саресу.

Возможно, именно поэтому большинство прекратило свои разговоры, когда в дверях появилась облаченная во все черное брюнетка. Прекрасная как ночь и жестокая как самая разрушительная стихия, как сказал кто-то, из знающих ее. Но даже они были поражены, ибо с последней их встречи двадцати пяти летняя принцесса семьи Морти превратилась в сногсшибательную королеву: ее фигура еще более округлилась, кожа приобрела прекрасный золотистый оттенок, а глаза, давно поражавшие своей зеленью, сейчас казались еще зеленее.

— Давненько тебя не было видно.

Антония повернулась на голос и наткнулась на улыбающееся лицо Майкла Лоренсо (когда-то они вместе учились).

— Здравствуй, Майкл.

— Я знаю о том, что случилось с твоей семьей. Прими мои искренние соболезнования.

— Спасибо.

Тони слегка улыбнулась, хотя эта улыбка и была слегка натянутой — все-таки ей не очень нравилось то, как были сказаны им эти стандартные слова, как будто у нее погибла вся семья, а не только отец.

— Тебе должно быть сейчас очень тяжело.

— Антония сильная, она все переживет.

Оба одновременно обернулись на голос. Перед ними стоял, как всегда хмурый, Густаво Сарес.

— Что-то долго тебя не было видно, Густаво.

— На то были свои причины. — Густаво повернулся к Тони. — Нам нужно поговорить.

— Позже. Сейчас я хочу поприветствовать старых друзей, и познакомится с теми, кого еще не знаю.

— О, тогда я тебе буду просто необходим. Пойдем.

Майкл взял Антонию под руку, и они двинулись вглубь «веселой» толпы. Им вслед был устремлен раздраженный взгляд серых глаз Густаво…