Дверь была открыта, и она услышала его голос.
Очевидно, Рорк оговаривал детали сделки, заключенной во время сегодняшнего обеда. Но Ева прислушивалась не к словам, а к голосу, который до сих пор неизменно трогал ее суровое сердце. Этот удивительный ирландский голос словно превращал в музыку сухие факты и цифры.
Голос Рорка идеально соответствовал его чеканному лицу, полному дикой кельтской красоты, с глубокими голубыми глазами и твердой линией крупного рта. Очевидно, какой-нибудь склонный к ваянию ирландский бог вылепил его в особо удачный для себя день.
Ева остановилась на пороге, глядя на Рорка, который, стоя у окна, диктовал текст. Она заметила, что его густые черные волосы, которые обычно свободно ниспадали на плечи, аккуратно зачесаны назад и собраны на затылке. Высокий, стройный, облаченный в черный вечерний костюм, Рорк являл собой образец элегантного удачливого бизнесмена, но Ева порой видела под внешним лоском грозную кельтскую натуру, безумно привлекавшую ее.
Она увидела ее и сейчас, когда Рорк обернулся, встретившись с ней взглядом.
– Подпись «Рорк», – закончил он диктовку. – Передайте текст и отошлите копию компании Хагерман – Росс… Добрый вечер, лейтенант.
– Привет. – Ева сунула руки в карманы. Просто удивительно, как этим рукам всегда хочется прикоснуться к Рорку! – Прости, что не явилась на обед.
Он усмехнулся:
– Зато тебе не пришлось скучать, как ты опасалась.
– Если бы мне пришлось скучать так, как я опасалась, то я бы впала в кому. Но я сожалею, что подвела тебя.
– Ты меня не подвела. – Подойдя к ней, Рорк приподнял пальцами ее подбородок и поцеловал в губы. – Я только вырос в их глазах, когда извинился за жену, которой пришлось задержаться на службе из-за очередного преступления. Убийство всегда оживляет застольную беседу. Кого прикончили на сей раз?